Репортаж из зала суда.
– Наша задача: склонять судей, чтобы они работали по закону и нормативно-правовым документам, – сказал на допросе по делу «Торпедо» Павел Каманцев, председатель судейского комитета и экспертно-судейской комиссии при президенте РФС, приглашенный в качестве свидетеля.

– Судя по всему, не очень у вас система работала, ха-ха, – ответила прокурор.
Илья Ковалев зафиксировал все главные слова и шутки на заседании Симоновского суда.
***
Самый громкий скандал в истории Первой лиги (а, возможно, и всего российского футбола) – в самом разгаре. За попытки влиять на судей пока наказание получил только экс-гендиректор «Торпедо» Валерий Скородумов, который заключил досудебное соглашение и уже отбыл срок (после апелляции полтора года лишения свободы) с учетом времени, проведенного в СИЗО и под домашним арестом.
Судьбу остальных суд определяет в эти дни. На скамье подсудимых 13 арбитров Первой лиги, бухгалтер «Торпедо» Ирина Волкова, совладелец клуба Леонид Соболев и Алексей Михайлов, которого следствие считает посредником.
Допрос Каманцева едва не сорвала система оповещения о чрезвычайных обстоятельствах
Каманцев прибыл в суд за 12 минут до начала заседания. Увидев среди журналистов Сергея Егорова, он спросил: «Это вы все ради меня собрались?»
Но такой же состав был и в предыдущие дни – добавился только Егоров.
Чуть позже в суд приехал Инал Танашев, отказавшийся от предложения «Торпедо» и сообщивший об этом Каманцеву. Хотя его не вызывали и уже зачитали показания, которые он давал следствию. Поняв, что не нужен, Танашев уехал из суда еще до начала заседания – видимо, чтобы отправиться в Самару на матч «Акрон» – «Факел», на который он назначен главным арбитром. Судья-подсудимый Олег Соколов предположил, что действующего судью на всякий случай позвал Каманцев.
Примерно в 9:50 босса российских судей пригласили в зал. Он оставил куртку в коридоре и остался в вареных голубых джинсах и в пепельно-белой рубашке, на которой были расстегнуты последние две пуговицы.
Как только Каманцев начал говорить, раздалась сирена – сработала система оповещения о чрезвычайных обстоятельствах. Суд объявил технический перерыв. Но попросил не расходиться.
Через минуту продолжили. Но система сработала снова – с задних рядов пожаловались, что им не слышно Каманцева. Суд опять объявил технический перерыв.
В 10:03 воцарилась тишина – заседание продолжилось.
Как именно судьи сообщают, что им предлагают взятки?

Первым вопросы задавало обвинение.
– Были ли у вас случаи, когда к вам обращались с заявлениями о том, что предлагались подарки за попытку склонить к нечестному судейству?
– Внутри наших правовых документов предусмотрена двухступенчатая система противодействия коррупции. Она заключается в том, что можно сообщить не только мне, руководителю департамента. У нас есть специально созданный департамент защиты игры, для которого это является профильной работой. Они проверяют анкету судей: всегда проверяют их сведения об имуществе, месте работы.
На сайте есть анонимная форма предоставления информации. Есть информационные письма судьям о том, что они обязаны сообщать о предложении и фактах получения подарков, о попытках коррупционного воздействия.
Судья в низших дивизионах, который не сообщил, был исключен из списка. Не из-за того, что он сделал что-то плохо в матче, а из-за того, что должность судьи предполагает повышенные этические требования.
– Что может сделать судья, на которого оказывается влияние?
– В дисциплинарном кодексе указаны случаи, которые являются нарушением: несообщение о предложении или получении подарка [стоимостью] свыше 10 тысяч рублей. Судья обязан сообщить о фактах предложения или получения. Если судья не сообщает, он несет наказание.
– Кому судья должен сообщить? Хватит голосового в вотсапе?
– Есть разные способы. Когда мы только начинали нашу работу, судьи вообще никогда не хотели об этом сообщать. Поэтому принималось даже устное сообщение и передавалось соответствующим подразделениям внутри организации.
Сейчас судьи пишут рапорты, которые потом передаются в Департамент судейства и инспектирования – это их работа. У нас специально разделена работа, чтобы не регистрировать все внутри одного департамента. Мы информацию принимаем, дальше передаем в департамент защиты игры. А что они дальше с ней делают – я не знаю. Дальше уже работают специально обученные люди.
Наша задача: склонять судей, чтобы они работали по закону и нормативно-правовым документам. Чтобы они сообщали об этих ситуациях.
И здесь раздалась та самая шутка прокурора, что, судя по всему, система работала не очень.
«Были сообщения от Захарова и Танашева»
После общих вопросов перешли к «Торпедо».
– Вам были известны случаи, что на судей, работающих на указанных событиях (матчи «Торпедо» – Спортс’’), оказывается влияние или предпринимаются попытки оказать это влияние?
– Да. Были сообщения от Игоря Захарова (подсудимого по делу «Торпедо» – Спортс’’) и Инала Танашева. По-моему, больше не было.
– По каким играм, в какой форме и кому адресовались?
– Сообщения были адресованы мне. Захаров написал в вотсапе. Одна игра с «Чайкой», вторую не помню. Захаров сообщил, что Скородумов [экс-гендир «Торпедо», признавшийся в том, что договаривался с судьями] в аэропорту сделал предложение.
А Танашев написал письменный рапорт, что ему позвонил Скородумов и начал вести речь про какую-то школу, двух людей и прочее. [Сначала] Инал мне сказал об этом: «Я это воспринимаю как некое предложение». Я ему ответил: «Если ты это так воспринимаешь, напиши письменный рапорт, мы передадим куда нужно. Дальше будут разбираться: что за люди и для чего им предлагать каких-то двух мальчиков».
– Были вопросы к Захарову по судейству в матче, о котором он говорил?
– Нет. По-моему, команда соперников жаловалась на боковых. По матчам «Торпедо» есть несколько ситуаций, когда мы фиксировали грубые ошибки судей.
Это матчи с «Сочи», который судил Танашев, с «Родиной», который судил Богдан Головко, и «Аланией», который судил Иван Сиденков (двое последних – подсудимые по делу «Торпедо» – Спортс’’).

Все факты установлены инспекцией и ЭСК. В матче с «Аланией» в действиях Сиденкова инспектором было установлено несколько ошибок, связанных с неудалениями и неназначением пенальти. После сообщений о потенциальной коррупции мы стали смотреть – все ошибки Сиденкова были допущены в пользу одной команды.
В матче «Сочи» – «Торпедо» были допущены две ошибки в действиях судьи Танашева, ВАР Артема Любимова и ассистента ВАР Константина Аверьянова, связанные с назначением и неназначением пенальти в пользу команды «Торпедо».
В матче с «Родиной» была ошибка с назначением пенальти в пользу «Торпедо».
Иногда судьи не хотели писать рапорт, потому что это «не по понятиям»
Когда у обвинения закончились вопросы, слово предоставили защите.
– Вы сказали, что раньше было достаточно устного сообщения. В настоящий момент нужно писать рапорт. В настоящий момент – это с какой даты? – спросил адвокат Захарова.
– Возможно, некорректно выразился. Не то, что рапорт не нужно было писать. Но есть ситуации, когда важно было получать информацию. И если судья готов сообщить только устно, мы ее получали и передавали специальным людям, которые этим занимались. Нас в это не погружают, прокомментировать не смогу.
Форма сообщения для нас вторична. Самое важное, что судья должен сообщить. Устные сообщения допускали, потому что был ряд неоднозначных ситуаций. Когда люди не хотели писать из-за внутренней среды: человеку могли сказать, что он ведет себя не по понятиям и прочее.
– Вы сказали, что от Захарова было два сообщения. В суде рассматривается эпизод по матчу 2 ноября 2024-го «Торпедо» – «Алания». Второе сообщение касается этой игры?
– Да-да.

– Максим Перезва к вам обращался по поводу общения с сотрудниками «Торпедо»? – спросил адвокат Перезвы.
– Устно – да.
– Сколько раз это было?
– Первый раз он сообщил, по-моему, [об эпизоде] с командой «Родина». После чего он больше взаимодействовал с правоохранительными органами. О взаимодействии с ними – я под подпиской – разглашать не могу.
– Вы его направили к правоохранительным органам?
– Да.
– Почему вы сразу не вспомнили его, когда перечисляли [тех, кто сообщал о попытках оказания влияния]?
– Извините, сконцентрировался на переписках. Это была отдельная, которая больше шла под контролем правоохранительных органов.
– Вы сказали, все ключевые ошибки в матче с «Аланией» были в пользу «Торпедо». В рапорте инспектора указано, что только одна из них допущена в пользу «Торпедо», две другие – неудаление игрока при равном счете и неназначение пенальти – были в пользу «Алании». Как вы можете это прокомментировать? – спросил адвокат Сиденкова.
– Экспертами являются инспектор и ЭСК. Если они установили, значит, так было.
– Просто вы сказали, что ошибки в пользу «Торпедо». А фактически две из трех – в пользу «Алании».
– Я не являюсь экспертом в судействе.
– Тогда откуда у вас информация, что три ошибки были в пользу «Торпедо»?
– Скажу по-другому. Были допущены ошибки, в том числе в пользу «Торпедо».
– Существенно ли повлияли на исход матча одна ошибка в пользу «Торпедо» и две ошибки в пользу «Алании»?
– Такого рода умозаключения я сделать не могу, поскольку не являюсь специалистом в судействе как судья.
– Допущенные ошибки, большая часть которых была в пользу «Алании», могут свидетельствовать о том, что Сиденков действовал в интересах «Торпедо»?
– Я не могу сказать, в чьих интересах он мог действовать.
– То есть единственное, что вы можете утверждать, – что были ошибки в обе стороны?
– Этот матч вызвал большие вопросы, поскольку ошибки были грубыми.
– В чью пользу – для вас уже отношения не имеет?
– С учетом имеющейся информации анализировать ошибки нужно в конкретном течении матча. Потому что ошибки, допущенные в конце матча в пользу одной из команд – их может быть две-три, – могли бы повлиять. Ошибки делятся по грубости и своей очевидности. Чтобы понимать, делал ли человек их специально, нужно иметь дополнительную информацию, какие были договоренности до матча. Я этой информацией не обладаю, поэтому сделать умозаключение не могу.
– По данному матчу подавались жалобы от команд?
– Жалоб не было.
– Как нам определить, это были судейские ошибки или прямые действия по поддержанию одной из команд?
– Вся сложность работы РФС заключается в том, чтобы разделить человеческие ошибки с ошибками, допущенными в пользу команды. Именно поэтому мы настаиваем, чтобы судьи никогда не брали деньги у команд, потому что изменить это никто не сможет. Есть ситуации 50/50, есть мелкие решения. Это ситуация, которую определить нельзя, – именно поэтому так важно, чтобы судьи были абсолютно нейтральны. И никаких благодарностей, общения, размещения [в отелях] вместе с клубами.
– Сможете ли вы более подробно сказать, получила ли команда за счет этой ошибки преимущество?
– Нет. Я не являюсь экспертом в судействе. Эксперты в судействе – инспектор матча и инспектор ЭСК. Там находятся люди, которые провели карьеру в спортивном судействе в футболе и являются экспертами. Моя позиция не является экспертной. Я по роду деятельности юрист. Отвечаю за реформы и создание антикоррупционной системы. По матчу ничего не скажу.
– В материалах дела есть рапорт по матчу «Торпедо» – «Балтика», состоявшегося 16 сентября 2024-го, по которому судье Ивану Сараеву поставлена оценка 8,5. Поясните, о каком качестве судьи свидетельствует эта оценка? – адвокат Сараева.

– Выше ожидаемого. 8,5 – это пятерка по школьной системе.
– В том числе говорит об отсутствии ошибок?
– Да, это чуть больше, чем отсутствие ошибок.
О попытке взятки судье Зиякову РФС узнал по новостям из суда – рассказал Скородумов
– Помните матч «Торпедо» – «Арсенал», который судил Егор Егоров? – спросил адвокат Егорова.
– Я профессионально стараюсь смотреть РПЛ. Смотреть еще Первую лигу целиком – физически невозможно. А самое главное – не нужно, поскольку я не специалист. Мы работаем через инспекторов и судей – так я получаю информацию о том, как произошло судейство. Сам я смотреть матчи не могу физически, у нас есть женская лига, футзал. Если смотреть все, рабочей недели, конечно, не хватит.
– Я имею в виду не просмотр самого матча, а действия судьи.
– У нас есть таблица, представленная следствию, где есть финальная оценка РФС по поводу судейства. 8,4 – ожидаемая, 8,5 – выше ожиданий, ниже 8,4 – значит, были какие-то проблемы – и чем ниже оценка, тем больше эта проблема. Все документы есть в материалах дела, за них отвечают профессионалы, которые их подписали. Добавить мне нечего.
– На каком профессиональном счету был Егоров до этого уголовного дела?
– Он был в восходящем потоке, судил матчи РПЛ. Даже после этого матча [«Торпедо» – «Арсенал»] он пользовался высоким доверием руководства и получал назначения на хорошие матчи.
– В РПЛ Егоров попал уже после матча «Торпедо» – «Арсенал»?
– Нет. До этого матча. По нему зимой [в сезоне-2024/25] беседовали о возможном вручении благодарности. На матч «Торпедо» – «Арсенал» он получил назначение, потому что в конце сезона у него были определенные проблемы по качеству. Это был матч, в котором он должен был показать идеальную работу со всех точек зрения.
– Что можете сказать об эмблеме арбитра ФИФА? (В начале 2025-го Егоров попал в списки арбитров ФИФА – Спортс’’).
– Она была изъята.
– После матча «Торпедо» – «Арсенал»?
– Нет, потому что мы не знали об обстоятельствах матча «Торпедо» – «Арсенал». Когда узнали, тогда обратились в ФИФА.

– Вы осведомлены о ситуации с получением денег арбитром Зияковым?
– Вчера мы эту информацию получили. Соответственно, был направлен запрос. Он был снят с игры. Будем разбираться.
– Как можете охарактеризовать судью Владислава Целовальникова? – спросил адвокат Целовальникова.
– Он котировался ниже Егорова, но тоже подпускался к матчам РПЛ. У него были проблемы с физической формой. На тот момент он был судьей выше среднего.
– По каким критериям Целовальников был признан лучшим арбитром того сезона?
– У нас есть рейтинг. Его основа – сумма оценок инспекторов. Дальше он дополняется физической формой, сложностью матчей. В общем, это связано с качеством работы.
– Вы сказали, что вам сообщали о попытке оказать влияние Танашев, дважды Захаров и Перезва. Вы все эти факты предоставили правоохранительным органам? – спросил один из адвокатов.
– Да.
– У вас есть термин «предвзятое судейство». А в случае договоренности о справедливом судействе – оно может быть предвзятым? – спросил еще один представитель защиты.
– Такая договоренность не требуется. Она презюмируются. Мне сложно представить причину необходимости договоренности о справедливом судействе.
– Чтобы не засуживали, – выкрик из зала.
– Я уже ответил.
«Уводите»
– А я могу задать вопрос? – спросил судья Артем Любимов.
– Пожалуйста, но представьтесь, – ответила судья.
– Подсудимый Любимов, видимо, да?
В этот момент раздался смех. Арбитры явно до сих пор не привыкли к новому статусу.
– Вопрос о матче «Сочи» – «Торпедо» (Любимов на нем работал ВАР – Спортс’’). Если инспектор указал в протоколе длительность аудиобрифинга 30 минут, почему вы предоставили аудиобрифинг в размере 42 секунды? Вы это можете пояснить?
– Нет, – ответил Каманцев.
Допрос Каманцева длился больше часа, включая заминку из-за системы оповещения.
– Еще вопрос. Все? – переспросила судья.
– Уводите, – пошутили из зала.
Дальше зачитали протокол допроса Каманцева на этапе следствия. Это заняло еще около 20 минут. После этого ему задали еще несколько уточняющих вопросов от адвокатов.
– В показаниях, которые зачитал прокурор, вы говорили только об одном факте сообщения Захарова, что к нему обращался Скородумов. В сегодняшних показаниях вы говорили о двух фактах – перед матчем с «Аланией» и «Чайкой». Все же Захаров сообщал однажды или дважды?
– Сообщал дважды. У меня в переписке сохранилось только одно сообщение. Поэтому тогда у меня это вылетело. У меня сохранилось сообщение только по матчу с «Чайкой», поскольку я менял телефон.
Знак ☝️, деньги в пакете и отказ Танашева: так «Торпедо» давало взятки судьям
«Этот звонок показался мне странным». Как «Торпедо» пыталось подкупить Танашева
Фото: РИА Новости/Григорий Сысоев, Алексей Филиппов, Александр Вильф, Антон Денисов; vk.ru/torpedomoscowfc











Комментарии