— Ты как-то сказал, что твой тренер по БЖЖ дал тебе прозвище «Бульдог» из-за твоего невысокого роста, но сердца бойца. Спустя годы твоей карьеры в UFC, ты чувствуешь, что это имя все еще тебе подходит, или ты его «перерос»?
— Да, я все еще чувствую, что прозвище Бульдог мне подходит. В моем городе все зовут меня Бульдог, никто не называет меня по настоящему имени. Мне также нравится «Брат Пса» (Dog's Brother). Мне очень нравится это прозвище, и мы все знаем, какой в нем смысл. Так что да, оно подходит мне идеально.
— Говорят, ты буквально выиграл поездку в Рио в лотерею, чтобы попасть в зал Black House и показать себя Ногейре. Это была чистая удача или отчаянный шаг человека, которому нечего терять?
— На самом деле, это была не удача, это была работа. Минотауро выступал с речью, Ногейра был там... и там была лотерея, проходила промо-акция. Фишка была в том, что тот, кто продаст больше всего витаминов и добавок, выиграет поездку в Рио. Я увидел это и начал усердно работать, продавая много. Я также купил кучу для себя. Я просто продолжал думать, что мне нужно выиграть эту поездку. В итоге я купил много витаминов на свои собственные деньги — деньги, которых у меня на тот момент особо не было, — только чтобы выиграть эту акцию.
— Ты был спарринг-партнером Генри Сехудо, когда он был чемпионом. Чему конкретно ты научился у олимпийского чемпиона по борьбе, что позже помогло тебе в клетке UFC?
— Я многому научился у Сехудо, особенно в части борьбы. Но он также учился у меня ударной технике, потому что я всегда был в ней очень хорош. Мы многому научились друг у друга. Я перенял много приемов из борьбы. Я также многому учусь в Майами, например, тому, как правильно проводить тренировочные лагеря. Мы прожили вместе пять лет, так что мы росли и учились вместе. Но больше всего я научился... отдыхать. А также английскому.
— В октябре 2025 года ты сделал сабмишен Хён Сун Паку удушением сзади в третьем раунде. Но потом было близкое раздельное решение не в твою пользу с Чарльзом Джонсоном и поражение от Эдгара Чайреза. В чем ты видишь главное отличие себя в выигрышных боях и в тех, где ты не дотянул?
— Я думаю, что разница для меня во многом сводится к тренировочным лагерям. Когда я тренировался в разных залах, я был не в лучшей форме. Я выиграл бой против Чарльза, хоть он и был очень близким. Я контролировал октагон и все время шел вперед. Он победил только потому, что он американец, и UFC он нравится. Но, честно говоря, тот бой выиграл я. Что касается лагерей: я провел свой последний лагерь в другом месте с другими людьми, и мне это не понравилось. Сейчас я вернулся в свой изначальный зал и готов драться. Тренер там мне нравится гораздо больше. А что касается боев... бой есть бой. Никогда не знаешь, что произойдет. Так у всех.
— Ты рассказывал о серьезной травме ноги (связки и хрящи), из-за которой выбыл на год. Что ты узнал о себе и о спорте за то время, когда не мог тренироваться?
— Люди учатся. Травма? Нужно быть терпеливым, учиться и тренироваться по-другому. Ты всегда должен продолжать двигаться. Неважно, что ты физически неактивен — ты должен что-то делать, чтобы поправиться быстрее. Когда ты не тренируешься, тебе как минимум нужно тренировать свой ум: изучать бойцов, смотреть бои. Даже когда я не мог драться, я продолжал учиться. Нельзя останавливаться; нужно продолжать двигаться и тренироваться разными способами. Именно так ты сохраняешь остроту ума. Плюс, UFC не давал мне боев целый год, потому что я снялся с одного боя за две недели до поединка. После этого они заставили меня посидеть без дела. Так что я потерял около двух лет.
— Ты живешь и тренируешься в США, но представляешь Бразилию. Насколько сильно ты чувствуешь поддержку из Пирасикабы? Что для тебя значит драться в UFC как бразилец в наилегчайшем весе?
— Драться и представлять Бразилию и мой город значит для меня всё, потому что я родом оттуда. Моя семья... Быть бойцом UFC всегда было моей мечтой, и теперь она сбывается. Я просто счастлив быть здесь и выкладываться по полной. Это чувство чистого счастья.
— Ты говорил, что чувствуешь себя готовым к высокому уровню и даже к титулу. Что для тебя сейчас важнее: попасть в топ-15 или просто стабильно драться и зарабатывать, учитывая, что тебе уже 36?
— Я все время тренируюсь с парнями высокого уровня. Ты знаешь, как работает UFC: если ты им нравишься, они дают тебе нужные бои. Я тренировался с Сехудо, Пантожей и многими другими. Мы на одном уровне, потому что мы видим друг друга в зале каждый день. Но сейчас мне тридцать шесть, и я просто хочу зарабатывать деньги. Зарабатывать деньги, быть здоровым — и всё.
— Раз ты согласился дать это интервью для наших соцсетей — что бы ты хотел, чтобы люди знали о тебе такого, чего не видно в статистике твоего рекорда? Может, у тебя есть хобби или странная привычка, которая удивит фанатов?
— Нет, ничего особенного. Я не делаю ничего такого, о чем люди уже не знают. У меня есть рекорды в UFC, о которых многие на самом деле не знают. В наилегчайшем весе я повторил рекорд по количеству нокдаунов за один раунд — три нокдауна. Я не уверен, на шестом я месте или на восьмом по количеству нокаутов в истории UFC, но у меня их куча. Что касается досрочных побед, я думаю, я в топ-6 или топ-8 наилегчайшего дивизиона всех времен. И это всё.
Комментарии